?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
"Безног"
blumenfeld
natasha_laurel
Нашла свою старую запись, с 2003 года. Читала и плакала. (Танцоры поймут)




Скажите, у вас есть знакомые зануды? Ну конечно же, есть. У всех есть такие знакомые. Люди, оглашенно чем-то увлеченные и обладающие удивительной способностью каждый разговор свести к своей излюбленной теме.

Вот я такой человек. Предмет моей любви латиноамериканские танцы. Их я могу обсуждать бесконечно. Более того, если разговор отклоняется от этой, интересующей меня темы, я начинаю демонстративно скучать. Всячески пытаюсь я встрять и вернуть разговор в нужное русло. Скоро меня поколотят. Или просто изолируют от общества. Я бы предпочла «поколотят».

А началось всё в глубоком детстве. Лет с пяти я мечтала стать балериной. Я повторяла про себя театральным шепотом: "..не представляю своей жизни без Большого.." Моим кумиром была Майя Плисецкая. Кстати, в этом вопросе, я проявила завидное постоянство. Место Плисецкой в моем сознании не вытеснил ни один писатель, художник, миротворец и собаковод. Дома у нас лежал фотоальбом со снимками великой балерины. Когда родители уходили в магазин, я оставалась дома одна, ставила пластинку с детским спектаклем «Лебединое Озеро», открывала фотоальбом и под музыку принимала те же позы, что Майя Плисецкая на фотографиях.

Чтобы я гармонично развивалась родители отдали меня на художественную гимнастику. Половина занятий проходила в балетных классах. Там у меня появилась подружка, Анька Вендерович, с которой я поделилась своими балетными амбициями. Вендерович со знаниме дела ответила, что балеринам не платят жалования..

Помню как эта новость настигла меня, когда мы выходили с тренировки. Сквозь стеклянные мутные двери дворца пионеров виднелась Волховская Набережная. Прагматичное и духовное - Схватка терзающая меня вот уж четверть века - боролись в душе.Чего уж греха таить, весть о том, что балеринам не платят повергла меня в пучину сомнений. И, все-таки, взвесив все, я решила, что буду балериной. Духовное начало и тяга к прекрасному победили.

Лет через пять после этих волнующих событий стало ясно, что (по иным причинам) балериной мне не быть. Прорабатывались иные карьерные перспективы, когда на нашу страну обрушилась ламбада. Я даже помню, как в телепередаче Утренняя Почта, с Юрием Николаевым, в первый раз показали этот знаменитый клип.

Советский Союз был охвачен ламбадой. «Шорам-буси-фой» неслось из каждого окна. На дискотеках кто как умел раскачивал бедрами. Это была какая-то пугачёвская увлеченность, которой способен предаваться лишь русский человек: жестокая и беспощадная.

Страну охватило псевдобразильское пламя, а я воистину подвинулась рассудком. Я переписала слова песни на слух и распевала её (хотя наличие португальского языка тогда мне было неведомо), перерисовывала фотографии из Комсомольской Правды с танцующими парами, раскрашивала их, вырезала и приклеивала на стены. Наконец, я разыскала десятки записей других ламбад. Я понимала, что ламбада эта не одна такая. Их много.

Но каким-то шестым чувством я ощущала, что и это не все. Что там, за этой песней, и даже за пластинками с похожими песнями таится что-то еще. Что-то большее, что-то более выпуклое, глубокое, густонаселенное, многоплановое и событийное. Воистину, это была настоящая ностальгия. Ностальгия вперед.


Тогда, в 1989 году не было интернета, а был Советский Союз и мне неоткуда было знать, что сальса, что Восточный Лос Анжелес, что Джонни Пачеко и Гектор Лаво. Я только чуяла, что ламбада эта - лишь крохотная щелка в огромный мир, где каждую минуту что-то такое происходит.


Так как у меня не было ни лаза в этот мир, ни какого-либо мало-мальского подтверждения, что он действительно существует, этот волшебный мир, буря в моей душе постепенно утихла. Прошло много лет, я поступила и закончила институт, съездила в и вернулась из Америки. И еще много всего произошло. Потом я переехала в Лос Анжелес.

Нет, не на улице, в латинском квартале я увидела, как танцуют Хосе и Мария, а на армянской свадьбе, ( и чего только не случится в этом безумном городе), - армянка Марта танцевала сальсу со своим отцом Леоном. Со свадьбы этой я прибежала домой, ввела в поисковое окно «сальса класс+лос анжелес» и с тех пор, как говорят американцы “my life has never been the same”

Я больше не замираю в позах, копируя Майю Плисецкую и не раскрашиваю фотографии из газет. Теперь я танцую. Сальса в Лос Анжелесе втягивает молниеносно, глубоко и безнадежно. Теперь я знаю, что это за зуд, изводивший меня тогда, в 1989 году. Он неизменно сопровождает меня, когда я подхожу к сальса клубу. Он стихает только глубоко за полночь, когда я возвращаюсь домой "безног..."


Это великое счастье - танцевать.

2003 г.


А вот интересно, у других танцоров было что-то такое в детстве, до того как вы в сознательном возрасте вошли в танцкласс, отчего кажется, будто это не вы выбрали сальсу (танго/свинг) а вас выбрала сальса/танго/свинг? Я говорю даже не о занятиях балетом, а что-то типа толчка, предчувствия, как ламбада.





Tags:


  • 1

Боже, как давно это было :)

ОЙ! Ламбаду не помню. Помню зато, как читала еще на работе этот пост, еще в Киеве. Очень хорошо помню, второй абзац и позы Плесецкой запечатлелись.

Re: Боже, как давно это было :)

позы у меня особенно хорошо выходили. :)))

  • 1