Previous Entry Share Next Entry
Татьяна Яковлева и Алекс Либерман. Биография.
blumenfeld
natasha_laurel

Вчера дочитала последние страницы мемуаров  Франсин Дю Плесси Грей, «Them.  A memoir of parents» (Они. Воспоминания о Родителях) и почувствовала себя осиротившей.

Это очень странно, что биография Татьяны Яковлевой и Александра Лиюбермана, написаная их дочерью попала ко мне лишь через 5 лет после того, как была опубликована,  а ведь  Либерман уже давно интересовал меня  immensely.  В  английской версии жж, которую я создала несколько лет  назад с единственною - правда - целию, тут же забросить, я придумала себе  лирическую героиню, судьба которой выглядела  вот так:



 

И мне всегда было интересно,  как оно было на самом деле и могла ли моя лирическая героиня, спасаясь от Второй Мировой, оказаться с Либерманом в соседнем купе. Как показывают воспоминания его приемной дочери – могла.

 

В  США, когда говорят Александр Либерман  подразумевают Vogue.  Говорят  Vogue - подразуметвают Либерман;  работник журнала с 1943   и его арт директор с 1962  по 1994,  его главная, созидательная сила и  путевка в жизнь для таких имен, как Ирвинг Пенн и Анн Винтур.   В России  имя Александра  Либермана   не известно вообще. What else is new?

Его жена, Татьяна Яковлева в России известна как муза Маяковского.

Стихи "Письмо Татьяне Яковлевой"  и "Письмо из Парижа о сущности любви товарищу Кострову" посвящены ей. 

 

..Не поймать меня

              на дряни,

на прохожей

            паре чувств.

Я ж

    навек

         любовью ранен -

еле-еле волочусь..."

 

 В Америке Татьяна Яковлева ивестна как Tatiana of Saks знаменитый дизайнер,  40-х и 50-х, создававшая  шляпы для Нью Йоркского бомонда. Старлеткам модных журналов тех лет, которые хотели  продвинуться по карьерной лестнице,  настоятельно рекоммендовали носить шляпы Татьяны of Saks.

  

 Яковлева и Либераман уехали из свежесозданного СССР в нежном возрасте, независимыми путями  и встретились в Париже, в белых, имигрантских кругах. К тому времени, как они встретились, Яковлева пережила трагичный роман с Маяковским, вышла замуж, родила ребенка и пребывала на грани развода.

Роман Яковлевой с Маяковским не приветствовался ни в Советской России, ни  её семьей, в Париже. Но более всего он не приветствовался Лилей Брик, благодаря которой, судя по всему, он и зачах.   Надо сказать, что Яковлеву Маяковскому сама Брик и «подсунула» .  В 1928 году, во время поездки во Францию, Маяковский  должен был встретиться с  одной из своих бывших пассий, американкой Элли Джонс,  которая родила ему дочь.   Испугавшись «последствий» такой  встречи Брик и ее сестра, Эльза Триоле давно живущая в Париже, быстренько познакомили Маяковского с  молодой русской блондинкой, Татьяной Яковлевой.

 

Макьявелистический ход дал сбой.  Встреча Элли Джонс  и Маяковского прошла, мягко выражаясь, прохладно, а вот Яковлевой  Маяковский через две недели сделал предложение.   Предложение само по себе, может быть Брик и не встревожило, чего не сболтнет сгоряча разволновавшийся мужчина, но вот  два стихотворения, посвященные Яковлевой..   вот это уже, дотоле единственной,  музе Маяковского  было неприятно.  Яковлева была единственной особой женского полу, к которой Брик действительно ревновала.  Так что уже в Москве Маяковсому подсунули Веронику Полонскую, о романе с которой Эльза Триоле тут же сообщила Яковлевой.    

Яковлева  вскорости выходит замуж за Маркиза дю Плесси. у них рождается дочь, которая потом напишет эту книгу, скоропалительный брак, словно швы на ране, расползается  и,  через несколько лет у Яковлевой начинается роман с Александром Либерманом. Вторая мировая делает  ее вдовой и, в 1940  Либерман с  огромным трудом вывозит Яковлеву с дочерью  из оккупированной Франции в США.

Вообще, это книга о старых российских фамилиях, о русском Париже, о Нью Йорке, заполнившися с началом Второй Мировой талантливыми русскими.   И о  двух амбициозных русских эмигрантах, которые процарапывали свой путь к успеху, к состоянию, к славе, к комфорту, к престижу   - о Господи, ну к чему еще может стремиться русский человек -   и о том, как они окружали себя на этом пути  такими людьми как  Кристиан Диор, Дали,  Пикассо, Марлен Дитрих, а так же о том, как их дочь, автор мемуаров страдала от недостатка родительского внимания и тепла, в следствие чего,  масса интимных подробностей их жизни стала  всенародным достоянием.

Но для меня это в первую очередь была книга о властной женщине с хорошим вкусом, которая силилась привить – многие бы сказали «навязать» – его окружающим.   Ее дочь невообразимо страдала от этих натисков, но для самой Яковлевой, я так понимаю, вид безвкусно одетых людей был сродни стонам гитары в руках  КСП-шников. 

Последними словами  Яковлевой  к дочери, уже на смертном одре были: “I think”, she whispered, ”you’re wearing pants. You must always wear pants.”

А еще в одну первую очередь эта книга была для меня историей о любви, хотя, я знаю, многие увидели бы отношения Яковлевой и Либермана в совершенно другом ракурсе.   Ведь  Либерман,  в течение года  после смерти Татьяны, в возрасте 82 лет женился..  на ее сиделке.  Я не знаю, может быть, мужская любовь устроена как поезд, разогнавшись, уже не может остановиться?   

Но на протяжении всей жизни, они были очень нежно преданы друг-другу, эти два человека.

Когда Татьяне и Алексу   было уже  за 80 и обоих покинуло здоровье, а Татьяну еще и ясность ума, она  отказывалась принимать тот факт, что Алекс пережил инфаркт и требовала по ночам, чтобы он спускался на первый этаж и готовил ей еду.  Она два раза пережила голод, в 20-х годах в России и потом, в начале Второй Мировой, во Франции.

В результате докторским указом их развели по разным комнатам.    Иногда, по полудни  Татьяна садилась перед трюмо, накручиваоа электро бигуди  на поредевшие волосы,  целый час делала макияж, потом  долго и кропотливо выбирала наряд, сиделка помогала ей его надеть и, опираясь на палку, она хромала через коридор к комнате мужа.  Они лежали рядом, держась  за руки и она рассказывала ему, как  одиноко ей  в их общей спальне, жаловалась, что за всю неделю  ни разу нормально не поела и, когда же уже он сможет спуститься вниз, в столовую, чтобы они вместе пообедали, как раньше.

А он смотрел на нее с сочувствием и нежностью и радовался, что у нее еще оставались силы, чтобы навести весь этот марафет, для краткого свидания с ним..

Боже мой, какая была женщина.   И вот книга о ей кончилась. Как жить?

 

 

 

 

 


  • 1
Интересно, спасибо. Я больше про неё ничего и не знала, кроме парижского периода жизни. Ну и опять же, про женщин своего любимого поэта я не могла ничего не знать. :-)
А там вон какая судьба.
Ты ещё не смотрела фильм "Подстрочник" про Лилю Лунгину? Мне кажется, тебе понравится. Мы все пересмотрели. Правда, вряд ли у тебя есть столько времени.

Есть ещё книга "Подстрочник".

Я после того, как её слушала, голос, интонации, боюсь, что читать не смогу.

Ну, девушки, это прекрасно! Только что посмотрела первую серию. Это я буду смотреть с большим удовольствием. Спасибо за наводку.

Сорри, что вмешиваюсь - сможете читать!!!
Она пишет еще более прекрасно, интеллегентно, в ТОЙ, почти не встречающейся сейчас манере письма, когда каждую строку охота смаковать.
Я и фильм смотрела и книгу читала, что лучше пошло, и не знаю даже.

спасибо. Не знаю, как Ездивала, а я сейчас посмотрю, а потом еще и почитаю.

спасибо. Не знаю, как Ездивала, а я сейчас посмотрю, а потом еще и почитаю.

А сколько там нужно времени? Я выделю, раз вы с Дашей говорите, что стоит. :)

Там 15 серий по 25-27 минут. После первых двух будет понятно, захочешь ли ты слушать дальше.

обязательно, сегодня же вечером найду и посмотрю!


спасибо...очень интересно...

пожалуйста. Здорово, что это еще кого-то интересует.

Я всё ждала, когда же наконец мы будем эту книгу обсуждать.:)

Ты знаешь, эта книга на меня тоже произвела большое впечатление и я много о ней думала, и о дочке, и об этой семье в целом. Всё, что делали эти люди, было стильно, даже подлости и низости. Их путь наверх was quite impressive, и проложен он был их происхождением, вкусом, хорошими манерами, и конечно же ореолом русских изгнанников, который так очаровывает иностранцев.

Мне как-то очень запомнился тот факт, что незадолго до смерти Лили Брик прислала с оказией Яковлевой белый платок, как знак примирение. Только белый платок, ни письма, ни открытки, ни одного слова. Но они поняли друг друга.

Мы с тобой, в смысле? Или вообще? Мы когда с тобой встречались, я как раз читала, как они В Лиссабон в туалете, в тамбуре ехали.

А ты давно ее прочитала? Про платок, кстати, да, тоже очень запомнилось. У меня лежат воспоминания Катаняна о Брик, там про Яковлеву есть, надо бы перечитать, но она таким кондовым языком написана, беее...


По поводу этих орлов, если честно, то как раз подлости и низости я особо стильными не нашла. Хотя, признаться честно, я и прямо подлости, которая бы ударила меня по глазам не увидела. Что имеется ввиду?

Как Либерман отодвинул сначала жену Пацевича, когда тот стал встречаться с Дитрих? А потом и самого Пацевича "уволил", который его за полвека до того же и "устроил". Я думаю, об этом речь идет, когда говорят "подлости" и "низости". Но, я что-то не готова решить, как я по этому поводу чувствую, потому что там могла быть масса раскладов, которая побудила их так поступить. Я как бы не готова на их сторону встать, но и вскричать "ах, какой ужас, какое предательство!" я тоже не готова. Мне как бы нужно more information. Но, понятно, что книга писалась не в расчете на такой more information подход. В конце-концов, ей массу всего нужно было уместить туда. А вот что меня действительно удивило, так как она - родившаяся в Европе, выросшая в Париже, а потом в такой русской среде, оказалась абсолютной американкой. По всем своим реакциям, выводам, восприятию. Вот это меня не единожды по ходу книги удивило.


Пс. Читала про харчо - смеялась. :))

Подлость и низость, пожалуй, были слишком громкие слова. Я скорее имела в виду, что они людей использовали.

Я, так понимаю, что последний абзац к дочке относится, что она стала американкой.

Я думаю, что это было из чувства протеста. Достала её вся это европейско-русская мишура. Ну и потом, она ведь в Америке оказалось ребёнком почти, плюс родители с ней не очень возились.

слушай, обязательно посмотри документальный сериал, который сверху советуют "подстрочник". через etvnet.ca это удобно делать.

"Подстрочник" я уже давно посмотрела. Лунгина изумительная.

ну ты подумай! Все уже давно всё посомтрели, одна я тащусь в хвосте. :[

Ну тут спешить некуда. Она говорит о вечном. :)

У неё потрясающая речь, конечно. Иногда даже не важно, что она говорит, а важно как.

Ну тут спешить некуда. Она говорит о вечном. :)

У неё потрясающая речь, конечно. Иногда даже не важно, что она говорит, а важно как.

ПОнятно. Спасибо. ну, у них там редирект наверное стоит. Для тех кто давно.

В России имя Александра Либермана не известно вообще

Либерманов, наверное, теперь знают больше из-за отношений с Бродским.
Про них написала, нарпример, Людмила Штерн в книжке о И.А.
http://lib.rus.ec/b/208274/read

Re: В России имя Александра Либермана не известно вооб

интересно, спасибо, я посмотрю.

прекрасные у вас посты и журнал вообще))
такое удовольствие

  • 1
?

Log in

No account? Create an account