Previous Entry Share Next Entry
Macho Disclaimer
blumenfeld
natasha_laurel
"...Дядя хотел вернуться к истокам ленинизма. А я не хотел. Вот мы и ругались без конца. Уровень полемики был невысок.
– Немецкий шпион, – говорил я о Ленине.
– Святотатец и болван! – реагировал дядя уже в мой адрес.
Мы затрагивали довольно узкий круг тем: суд Линча, падение нравов, вьетнамская эпопея...
Мой дядя ужасно сердился:
– Фашист. – кричал он иногда, – матерый власовец!..
И вдруг мой дядя умер. Вернее, тяжело заболел. И решил, что ему пора умирать. Ему было 76 лет.
– Вызовите Сережу. – попросил он.
Я сразу же приехал. Дядя лежал на высоких подушках, худой и бледный. Он попросил всех уйти из комнаты.
– Сергей, – очень тихо произнес мой дядя, – я умираю...
Я молчал.
– Я не боюсь смерти, – продолжал мой дядя.
Он выждал паузу и заговорил снова:
– Я честно заблуждался... Мучительно переживал свои ошибки... И вот что я понял. Те святыни, под знаком которых я жил, оказались ложными... Я потерпел идейный крах...
Дядя попросил воды. Я поднес чашку к его губам.
– Сергей, – продолжал мой дядя, – я всегда ругал тебя. Я ругал тебя, потому что боялся. Я боялся, что тебя арестуют. Ты очень невоздержан... Я критиковал тебя, но внутренне соглашался. Ты должен меня понять. Сорок лет в этой... (тут дядя грязно выругался) партии. Шестьдесят лет в этом... (тут дядя повторил ругательство) государстве...
– Успокойся, – сказал я.
– ... превратили меня в шлюху, – закончил дядя.
Он сделал усилие и продолжал:
– Ты всегда был прав. Я возражал, потому что боялся за тебя. Прости...
Он заплакал. Мне стало очень жаль его. Но тут приняли медработники и увезли дядю в больницу.
Моего дядю увезли в обыкновенную больницу. Тетка думала, что его увезут в Свердловскую.
– Ты же старый большевик, – говорила она.
– Нет, – возражал мой дядя. – я не старый большевик.
– То есть как?
– Старый большевик – конкретное понятие. Старый большевик – это кто вступил до тридцать пятого года. А я вступил несколько позже.
Тетка не могла поверить.
– Значит, ты не старый большевик?!
– Нет.
– Все равно, – говорила она, – может, и тебе что-нибудь полагается?
– Возможно, – соглашался дядя, – возможно, и мне что-то полагается. Например, яблоко...
<...>
Он пролежал в больнице недели три. И его привезли домой. Я сразу же его навестил.
Мой дядя казался печальным и тихим. Словно обрел какую-то высшую мудрость.
Однако когда я упомянул в разговоре Че Гевару, дядя насторожился.
– Авантюрист и гангстер, – сказал я.
– Тунеядец и болван! – реагировал дядя. И дальше с огромным подъемом: – Укажи мне благую идею, лежащую вне коммунизма!..
Тут он неожиданно прервал свою речь. Очевидно, вспомнил наш предсмертный разговор. Виновато покосился на меня.
Я промолчал.
С тех пор мы часто виделись и неизменно ругались. Дядя проклинал рок-музыку, невозвращенца Барышникова и генерала Андрея Власова. Я – бесплатную медицину, "Лебединое озеро" и Феликса Дзержинского.
Потом мой дядя снова заболел.
– Вызовите Сережу, – попросил.
Я сразу же приехал. Дядя выглядел осунувшимся и бледным. На табурете у его изголовья стояли бесчисленные флаконы. Там же интимно розовела вставная челюсть.
– Сергей, – глухо произнес мой дядя.
Я погладил его руку.
– У меня к тебе огромная просьба. Дай слово, что выполнишь ее. Я кивнул.
– Задуши меня, – попросил дядя.
Я растерянно молчал.
– Мне надоело жить. Я не верю, что коммунизм может быть построен в одной стране. Я скатился в болото троцкизма.
– Не думай об этом, – сказал я.
– Ты готов выполнить мою просьбу?.. Я вижу, ты колеблешься... <...> Я отблагодарю тебя, – сказал мой дядя, – я завещаю тебе сочинения Ленина. Отнеси их в макулатуру и поменяй на "Буратино"... Но сначала задуши меня.
– Перестань, – сказал я.
– Кругом злоба и глупость, – сказал мой дядя, – правды нет...
– Успокойся.

Через две недели он выздоровел. И мы снова ужасно поссорились.
– Болван! – кричал мой дядя. – Ты не хочешь понять! Идея коммунизма, скомпрометированная бездарными адептами, по-прежнему гениальна! Недаром коммунистическую идеологию разделяют миллионы людей!..
– Кто ее разделяет?! – говорил я. – Да ни один здравомыслящий человек!..
– Значит, не разделяют? – багровел дядя. – Не разделяют и молчат? Значит, все кругом лицемеры?!..
– Идеологию вовсе не обязательно разделять, – говорил я, – ее либо принимают, либо не принимают. Это как тюрьма: нравится не нравится – сиди...
– Болван! – кричал мой дядя. – Власовец, фарцовщик!..
<...> 
Это повторялось снова и снова. Дядя заболевал, потом выздоравливал. Мы ссорились. Потом мирились. Шли годы. Он совсем постарел. Не мог ходить. Я был к нему очень привязан.." 
С.Д.


Значит так, ко всем моим "мачо" и близлежащим сентенциям относится так же как Довлатов относился к своему дяде.   А то ишь тут.. распоясались. 



  • 1
Маладца! ;) Найк

обожаю Довлатова=)

ну так заходи, садись, рассказывай!

что именно тебя интересует?=)

в принципе, все, что мне надо, я уже нашла в дневнике.

Будем знакомы.

Г-550. выпуск 2000г. Наб. Обводного канала 161. к. 472.

ой, а можно я квартиру не буду говорить?=)))
хотя...
ася есть?=)

скажем так
=)
Парк Авиаторов=)
рядышком с ним=)

ладно, сохраним загадку. Ведь и я на Обводном уже скока лет как не живу. "Балты" в твоем посте навеяли воспоминания об общежитском бытии..

я не в общаге=)
я в своей квартире живу=)

я знаю. у нас с тобой разговор слепого с глухим. проехали.

Ты понравишься Appredeus-y.

один очень классный товарищь. На тебя чем-то похож. Вы .. того, одниммиром мазаны. я, к сожалению, не помню код для вставления ЛЖ юзера

нет такого=/

и он тебе должен понра.


Йа так думаййууу (с.)

хехе
сводничество какое неприкрытое :)

а че хороших человеков-то не свести????

Как же тут не распоясацца :)

Держите себя в руках, у руках, сударь. И в узде. Ежели не желаете, чтобы я обуздывала.


хе-хе-хе

садится на хвост, и начинает с интересом наблюдать, как именно будут обуздывать :)

Если в слове "относит(ь)ся" мягкий знак не вставлен сознательно - получается одно. Если он пропущен по недогляду - то совершенно другое. Вот я и думаю...

снимаю шляпу :)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account